Украина
Убийства на улицах Киева и вездесущий «русский след»
Виталий Попович
26 окт
0
536
На месте взрыва, от которого пострадал депутат Рады Игорь Мосийчук, 25 октября / ©REUTERS

Взрывы и выстрелы в украинских городах стали обыденностью. Власти по традиции в них обвиняют спецслужбы России. При этом большинство резонансных убийств и покушений так и не раскрыто.

Взрыв в среду, 25 октября, у офиса телеканала «Эспрессо» в Киеве, в результате которого погибли два человека, МВД Украины квалифицировало как теракт. В больнице с ранениями оказался депутат Рады Игорь Мосийчук, а среди погибших — его охранник.

Взрывы и их жертвы на Украине

В последние пару лет на улицах украинских городов взрывы и выстрелы, жертвами которых становились политики и журналисты, стали обыденностью. В то же время их расследование в большинстве случаев так и не давало ответа на вопрос, кто же за ними стоит. К подобным происшествиям относятся убийства журналиста Павла Шеремета летом 2016 года и руководителя спецназа украинской разведки Павла Шаповала годом позже. Оба пострадали от взрыва заложенных в их автомобилях бомб.

Такие взрывы — один из самых часто встречающихся способов совершения политических убийств на Украине в последние годы. Жертвами становятся преимущественно контрразведчики — в июне 2017 года в Донецкой области взорвали автомобиль с полковником СБУ Юрием Возней, а в марте — с полковником СБУ Александром Хараберюшем. Но взрывают машины и тех, кого связывают с организованной преступностью.

Так, в сентябре 2017 года в центре Киева погиб гражданин Грузии чеченского происхождения Тимур Махаури. Он, по словам директора департамента коммуникаций МВД Украины Артема Шевченко, является лицом, «достаточно известным в криминальных кругах». Впрочем, даже в этот раз не обошлось без предположений относительно «русского следа». По свидетельству друзей погибшего, Махаури был «личным врагом Рамзана Кадырова».

Вездесущий «российский след» на Украине

Политические убийства и покушения происходят на Украине также и с использованием гранат и огнестрельного оружия. В декабре 2014 года с помощью гранаты попытались убить Андрея Парубия, в то время первого зампредседателя Верховной рады. А экс-депутат российской Госдумы Денис Вороненков, согласившийся дать показания о присутствии российских войск на Украине, был застрелен в центре Киева в марте 2017 года.

Именно убийство Вороненкова — одно из немногих, расследуя которое, правоохранительные органы представили общественности свое подробное видение преступления. По словам генпрокурора Украины Юрия Луценко, заказчиками убийства следователи считают спецслужбы РФ и российского криминального авторитета Владимира Тюрина. С их доводами согласны и в окружении убитого. Так, в интервью экс-депутат Госдумы Илья Пономарев отметил: «Я видел доказательства, собранные по этому делу, и мне эта причастность кажется абсолютно доказанной».

Россиян подозревают далеко не только в этом преступлении. По словам правоохранителей, «русский след» рассматривают как приоритетную версию в большинстве громких политических убийств и покушений на Украине в последнее время. Шаповал, офицеры СБУ, Махаури и даже Шеремет, который в последнее время не был связан в своей журналистской работе с российской тематикой, могли стать жертвами действий российских спецслужб на Украине, уверены следователи. Даже Мосийчук, который известен широкой публике прежде всего из-за обвинений в коррупции в его адрес, а не как человек, опасный для России, сразу после покушения написал в своем Facebook, что заказчики его убийства «сидят в Москве».

Отсутствие доказательств

Возможную причастность россиян к этим преступлениям советник министра внутренних дел Украины Антон Геращенко прокомментировал так: «С началом гибридной войны России против Украины это стало для нас обыденностью». Впрочем, заявления о «российском следе» из уст украинских правоохранителей и политиков звучат без достаточных доказательств так часто, что все сильнее подвергаются критике.

В июле 2017 года исполнительный директор Комитета защиты журналистов (CPJ) Джоэл Саймон заявил, что, несмотря на неоднократные заявления, украинские правоохранительные органы так и не предоставили никаких доказательств возможного «российского следа» в убийстве Павла Шеремета. «У нас нет доказательств спустя год после совершения преступления», — подчеркнул Саймон во время презентации отчета комитета по расследованию этого убийства.

Небезосновательные подозрения?

В том, что за покушением на Игоря Мосийчука могут стоять российские спецслужбы, опрошенные эксперты также сомневаются. Юрист-криминолог Анна Маляр напоминает, что пока рано говорить не только о политической составляющей покушения, но и о том, что его потенциальной жертвой должен был быть именно пострадавший депутат. По словам эксперта, целями взрыва у здания телеканала мог быть как депутат Рады, так и журналисты или руководство телеканала, и до получения результатов экспертиз стоит выдвигать все версии, не ограничиваясь наиболее удобными.

Экс-замглавы СБУ Александр Скипальский и вовсе называет Мосийчука лицом, «не представляющим интереса» для российских спецслужб. По словам Скипальского, одним из свидетельств непричастности РФ к этому взрыву является низкое качество выполнения покушения: «Если бы россияне хотели убить Мосийчука, они бы это сделали — причем так, чтобы не пострадали посторонние».

По словам наблюдателей, в некоторых случаях доказать причастность РФ невозможно, а иногда такие заявления звучат как откровенные спекуляции, но это не дает оснований недооценивать тот факт, что российские спецслужбы чувствуют себя на Украине как у себя дома. «В этих резонансных делах нет приговоров суда, поэтому окончательно утверждать что-то нельзя, но сразу ряд факторов делает подобные предположения вполне оправданными», — указывает Маляр. По ее выражению, в пользу такой точки зрения свидетельствуют не только необъявленный конфликт между Москвой и Киевом, но и разветвленная агентурная сеть, которую Россия имеет на Украине, в том числе и в СБУ, которая так и не была после распада Советского Союза должным образом обновлена в кадровом отношении.

Источники: DW

Комментарии